Электронная библиотека

Статья посвящена описанию параметров географического мышления и географического воображения 1920-х гг. и анализу их репрезентаций в «поэзии боев и походов», которая, если определять ее в художественных координатах, являлась поэзией неоромантического толка, а в региональном социолитературном контексте (мы говорим про Урал) — комсомольской. География, присущая эпохе 1920-х гг., пропитанной интернациональными идеями, формировалась ожиданием мировой революции и военных походов за пределы границ Страны Советов и потому не совпадала с политико-административной картой мира, нивелировала значение государственных, культурных и иных границ и мыслила, скорее, фронтирами, зонами пограничья, имеющими ландшафтные, природные или культурные особенности, но притом потенциально включенными в процессы классовой борьбы, смены власти/стр¬оя и последующей советизации. Ожидание мировой революции и одновременно ностальгия по отодвигающимся с каждым годом событиям Гражданской войны объясняет интерес комсомольской поэзии на Урале 1920-х гг. (речь идет о таких поэтах, как С. Васильев, Е. Вечтомова, И. Келлер, В. Макаров, В. Молчанов, Г. Троицкий, В. Шипулин и др.) к географии, а также широкую ее представленность в поэтических текстах (регионы, топосы, ландшафты и пр.). Отсюда востребованность в этой поэзии мемориального (исторически конкретизированного) и милитаристского (расположенного большей частью в зоне воображаемого) дискурсов, по-разному монтирующих историческое и географическое, реальное и воображаемое, но так или иначе поверяющих настоящее через революционные идеалы и романтику вооруженной борьбы.

географическое воображение, интернационализм, революционная география, неоромантизм, советская поэзия 1920-х гг., комсомольская поэзия Урала